Крылов, Иван Андреевич

Крылов,
Иван Андреевич

2 февраля 1769 — 9 ноября 1844

 

Произведения

Стихотворения и оды

Басни

Алкид
Апеллес и осленок
Бедный богач
Безбожники
Белка
Богач и поэт
Бочка
Бритвы
Булат
Булыжник и алмаз
Бумажный змей
Василек
Вельможа
Вельможа и философ
Водолазы
Водопад и ручей
Волк и волчонок
Волк и журавль
Волк и кот
Волк и кукушка
Волк и лисица
Волк и мышонок
Волк и ягненок
Волк на псарне
Волки и овцы
Волки пастухи
Ворона
Ворона и курица
Ворона и лисица
Вороненок
Воспитание льва
Голик
Госпожа и две служанки
Гребень
Гуси
Два голубя
Два извозчика
Два мальчика
Два мужика
Две бочки
Две собаки
Демьянова уха
Дерево
Дикие козы
Дуб и трость
Заяц на ловле
Зеркало и обезьяна
Змея и овца
Змея
Камень и червяк
Картина
Квартет
Клеветник и змея
Колос
Комар и волк
Комар и пастух
Конь
Конь и всадник
Кот и повар
Котел и горшок
Котенок и скворец
Кошка и соловей
Крестьянин в беде
Крестьянин и змея
Крестьянин и лисица
Крестьянин и лошадь
Крестьянин и овца
Крестьянин и работник
Крестьянин и смерть
Крестьянин и собака
Крестьянин и топор
Кукушка и горлинка
Кукушка и орел
Кукушка и петух
Купец
Лань и дервиш
Ларчик
Лебедь, щука и рак
Лев
Лев и барс
Лев и волк
Лев и комар
Лев и лисица
Лев и мышь
Лев и человек
Лев на ловле
Лев состаревшийся
Лев, серна и лиса
Лещи
Лжец
Лиса
Лиса-строитель
Лисица и виноград
Лисица и осел
Лисица и сурок
Листы и корни
Любопытный
Лягушка и вол
Лягушка и юпитер
Лягушки, просящие царя
Мальчик и змея
Мальчик и червяк
Мартышка и очки
Медведь в сетях
Медведь у пчел
Мельник
Механик
Мешок
Мирон
Мирская сходка
Мор зверей
Мот и ласточка
Музыканты
Муравей
Муха и дорожные
Муха и пчела
Мыши
Мышь и крыса
Напраслина
Недовольный гостьми стихотворец
Новопожалованный осел
Обед у медведя
Обезьяна
Обезьяны
Обоз
Овцы и собаки
Огарок и подсвечник
Огородник и философ
Олень и заяц
Оракул
Орел и крот
Орел и куры
Орел и паук
Орел и пчела
Осел
Осел и заяц
Осел и мужик
Осел и соловей
Откупщик и сапожник
Охотник
Павлин и соловей
Парнас
Пастух
Паук и гром
Паук и пчела
Пестрые овцы
Петух и жемчужное зерно
Пир
Пловец и море
Плотичка
Подагра и паук
Пожар и алмаз
Похороны
Прихожанин
Прохожие и собаки
Пруд и река
Пустынник и медведь
Пушки и паруса
Пчела и мухи
Разбойник и извозчик
Разборчивая невеста
Раздел
Родины
Роща и огонь
Ручей
Рыбья пляска
Рыцарь
Свинья
Свинья под дубом
Синица
Скворец
Скупой
Скупой и курица
Слон в случае
Слон и Моська
Слон на воеводстве
Собака
Собака и лошадь
Собака, человек, кошка и сокол
Собачья дружба
Совет мышей
Сокол и червяк
Соловьи
Сочинитель и разбойник
Старик и трое молодых
Стрекоза и муравей
Стыдливый игрок
Судьба игроков
Тень и человек
Три мужика
Тришкин кафтан
Троеженец
Трудолюбивый медведь
Туча
Филин и осел
Фортуна в гостях
Фортуна и нищий
Хмель
Хозяин и мыши
Цветы
Червонец
Червонец и полушка
Чиж и голубь
Щука
Щука и кот
Ягненок

Биография

   Иван Андреевич Крылов — русский поэт, баснописец, переводчик, сотрудник Императорской Публичной библиотеки, Статский Советник, Действительный член Императорской Российской академии (1811), член Общества любителей российской словесности (1816), ординарный академик Императорской Академии наук по Отделению Русского языка и словесности (1841). Статский Советник, академик Петербургской АН (1841).

  Детство и образование. Иван Андреевич Крылов родился в Москве. Его отец — Андрей Прохорович Крылов — армейский офицер, выслужившийся из рядовых. Во время пугачевского бунта руководил обороной Яицкого городка (ему принадлежит опубликованная анонимно записка «Оборона крепости Яика от партии мятежников», журнал «Отечественные записки», № 52-53, 1824). В Яицком городке Крылов провел раннее детство, во время бунта находился с матерью, Марией Алексеевной, в Оренбурге. В 1775 Андрей Прохорович вышел в отставку с военной службы и поступил на место в палату уголовного суда Тверского наместничества. Семья постоянно нуждалась, к тому же отец вскоре умер (1778). Крылов из милости учился у домашних учителей семьи Львовых, брал уроки французского языка у гувернера детей губернатора. Учился Крылов мало, но читал довольно много.
   С отрочества будущий писатель, помогая потерявшей кормильца семье, служил в Калязинском земском суде, затем в Тверском магистрате. Крылов в конце 1782 г. поехал в Санкт-Петербург с матерью, намеревавшейся хлопотать о пенсии и о лучшем устройстве судьбы сына. Крыловы остались в Санкт-Петербурге до августа 1783 г., и хлопоты их были не бесплодны: по возвращении, несмотря на долговременное незаконное отсутствие, Крылов уволился из магистрата с награждением чином канцеляриста и поступает на службу в петербургскую казённую палату.
   Кроме французского, он выучился читать и писать по-немецки и по-итальянски. Хорошо играл на скрипке, выучил теорию музыки, разбирался в математике. У Львовых и, возможно, у драматурга Якова Борисовича Княжнина, Иван Крылов познакомился практически со всем, довольно узким кругом литераторов и знатоков искусств того времени, в числе которых был и русский поэт Гаврила Романович Державин с женой, покровительствовавшей Крылову. От большинства событий жизни Крылова не сохранилось никаких документов, они восстанавливаются по воспоминаниям современников, о многом можно говорить лишь предположительно.

   Первые литературные опыты. Драматург и издатель. Иван Андреевич начал литературное поприще как драматург (комическая опера «Кофейница», 1782, трагедии «Клеопатра», «Филомена», комедии «Бешеная семья», «Сочинитель в прихожей» и др., 1786-1788). «Кофейница» увидела свет только в 1868 г. (в юбилейном издании) и считается произведением крайне юным и несовершенным. В 1785 г. Крылов написал трагедию «Клеопатра» (она не дошла до нас) и отнёс её на просмотр знаменитому актёру Дмитревскому; Дмитревский поощрил молодого автора к дальнейшим трудам, но пьесы в этом виде не одобрил. В 1786 г. Крылов написал трагедию «Филомела», которая ничем, кроме изобилия ужасов и воплей и недостатка действия, не отличается от других «классических» тогдашних трагедий.
   В казённой палате Крылов получал тогда 80-90 руб. в год, но положением своим не был доволен и перешёл в Кабинет её Величества. В 1788 г. Крылов лишился матери и на руках его остался маленький его брат Лев, о котором он всю жизнь заботился как отец о сыне (тот в письмах и называл его обыкновенно «тятенькой»). Немногим лучше написанные Крыловым в то же время комическая опера «Бешеная семья» и комедия «Сочинитель в прихожей». Вопреки подавляющему большинству тогдашних пьес, две последние основывались на современном автору русском материале. В «Бешеной семье» высмеивались неистовые любовные страсти (предмет небезопасный, учитывая всем известный темперамент Екатерины II), а в «Сочинителе в прихожей» — литератор, униженно пресмыкающийся перед сильными мира сего. Крылов сблизился с ведущим актером русской петербургской труппы Иваном Афанасьевичем Дмитревским, драматургом и актером Петром Алексеевичем Плавильщиковым. Но в конце 1780-х годов Крылов сочинил комедию «Проказники», где под именем Рифмокрада осмеял драматурга Я. Б. Княжнина и его жену, дочь писателя Александра Петровича Сумарокова. Хотя и в «Проказниках», вместо истинного комизма, мы находим карикатуру, но эта карикатура смела, жива и остроумна, а сцены благодушного простака Азбукина с Тянисловом и Рифмокрадом для того времени могли считаться очень забавными. «Проказники» не только поссорили Крылова с Княжниным, но и навлекли на него неудовольствие театральной дирекции. За этот памфлет Крылов был по жалобе Княжнина отлучен от театра.В 1788 году Крылов уволился из Горной экспедиции, на много лет оставив государственную службу.
   Писатель начал заниматься журналистикой. Как журналист и издатель Крылов продолжал традиции просветителя, писателя, журналиста и издателя Николая Ивановича Новикова, как мыслитель — традиции философов Просвещения. Крылов установил дружеские связи с издателем Иваном Герасимовичем Рахманиновым, в типографии которого выходило собрание сочинений Вольтера, журналы, в которых Крылов начал сотрудничать. В 1789 Крылов в типографии Рахманинова начал издание сатирического журнала «Почта духов». В журнале в виде переписки гномов, сильфов и других духов давалась широкая сатирическая картина русского общества времен Екатерины. Сатира «Почты духов» и по идеям, и по степени глубины и рельефности служит прямым продолжением журналов начала 70-х годов (только хлёсткие нападки Крылова на Рифмокрада и Таратору и на дирекцию театров вносят новый личный элемент), но в отношении искусства изображения замечается крупный шаг вперёд. По словам Я. К. Грота, «Козицкий, Новиков, Эмин были только умными наблюдателями; Крылов является уже возникающим художником».
   В 1790 г. Крылов написал и напечатал оду на заключение мира со Швецией, произведение слабое, но всё же показывающее в авторе развитого человека и будущего художника слова.
  Журнал был запрещен (последний выпуск вышел в марте 1790), возможно, из-за усилившихся строгостей по причине революции 1789 во Франции, а, возможно, из-за настойчивого педалирования опасной темы «старой кокетки». Вместе с Дмитревским, Плавильщиковым и драматургом Александром Ивановичем Клушиным в 1791 году Иван Крылов основал книгоиздательскую компанию, которая при содействии Рахманинова в 1792 выпустила журнал «Зритель», в 1793 — «Санкт-Петербургский Меркурий». Здесь он также выступал обличителем поврежденных нравов общества, но уже в более мягкой форме, от сатиры перешел к морализаторству. Открыла компания и свою книготорговую лавку. Наиболее крупные пьесы Крылова в «Зрителе» — «Каиб, восточная повесть», сказка «Ночи», сатирико-публицистические эссе и памфлеты («Похвальная речь в память моему дедушке», «Речь, говоренная повесою в собрании дураков», «Мысли философа по моде»). По этим статьям (в особенности по первой и третьей) видно, как расширяется миросозерцание Крылова и как зреет его художественный талант. Его журнальное дело вызвало неудовольствие властей. Запрещен журнал был из-за общих цензурных строгостей, причем есть свидетельства, что с Крыловым беседовала сама императрица и предложила Крылову на пять лет за счёт правительства уехать попутешествовать за границу, однако тот отказался.

   Опала Крылова. В 1794 году, видимо, из-за истории с журналом Крылов переехал в Москву (а его друг Клушин уехал за границу). С осени 1795 ему было запрещено жить в столицах (но об этом существуют лишь косвенные свидетельства), имя его исчезло со страниц печати. В 1797 Иван Андреевич поступил личным секретарем к генералу князю Сергею Фёдоровичу Голицыну. После внезапной опалы генерала Крылов последовал добровольно в ссылку за хозяином и до 1801 года был компаньоном ссыльного семейства, давал уроки русского языка его младшим детям и их друзьям.
   С октября 1801 по сентябрь 1803 года Крылов был правителем дел канцелярии Голицына, назначенного генерал-губернатором Лифляндии после воцарения Александра I. Отход от литературной деятельности по «внешним» причинам совпал с глубоким внутренним переломом, пережитым Иваном Андреевичем: отныне он уже не верит в возможность переделки человека литературой, сохраняя преданность идеям Просвещения, предпочитает книжным идеалам практический мужицкий опыт. В ссылке Крыловым был создан цикл стихотворных переложений псалмов, в печати появились несколько его прозаических «мелочей».
   Несмотря на дружеские отношения со своим начальником, Крылов 26 сентября 1803 г. вновь вышел в отставку. Что делал он следующие 2 года, мы не знаем; рассказывают, что он вёл большую игру в карты, выиграл один раз очень крупную сумму, разъезжал по ярмаркам и пр. За игру в карты ему одно время было запрещено появляться в обеих столицах.

   Возвращение в литературу. В 1800 году для любительского театра Голицыных была написана «шутотрагедия» «Подщипа, или Трумф» — пародия и на «высокую» трагедию Просвещения и на начинающий входить в моду карамзинский сентиментализм. В пьесе был сатирически изображен конфликт между западной цивилизацией (в лице Трумфа) и русской патриархальностью, причем автор высмеял и отвергт и то и другое. «Подщипа» была представлена автором в цензуру в 1807, но была запрещена, впрочем, и без публикации став одной из самых популярных русских пьес, распространяясь в списках. В 1800 Крылов начал стихотворную комедию «Лентяй» (осталась не законченной), в которой декларировал сознательное неучастие в общественной жизни — заветную позицию автора.
  После Риги И.А. Крылов переехал в Москву, здесь и в Петербурге ставились его новые пьесы («Пирог», 1802; в 1807 — комедии «Модная лавка» «Урок дочкам»). Пьесы имели шумный успех и продержались в репертуаре до середины 19 века. Они лишены всякой дидактики, хотя в духе времени и высмеивают увлечение всем иностранным, избыточной сентиментальностью.
   Первая публикация басен Крылова («Дуб и трость», «Разборчивая невеста») состоялась в 1805 году. Это были переводы из Лафонтена. В 1806 Иван Андреевич переселился в Петербург, где участвовал в постановке своих пьес. Близкие отношения связывали его в течение нескольких лет с актрисой А. И. Белье. Он стал завсегдатаем салона Алексея Николаевича Оленина, под его началом служил в 1808-1810 годах в Монетном департаменте, с 1812, когда Оленин стал директором Публичной библиотеки, Крылов был назначен помощником библиотекаря, с 1816 — библиотекарем с квартирой при библиотеке. Архаист по своим литературным воззрениям, участник «Беседы любителей русского слова» Александра Семеновича Шишкова, сторонник классицизма и наследник баснописцев 18 века (А. И. Сумарокова и др.), Крылов одновременно является создателем реалистической басни, и — шире — вместе с Александром Сергеевичем Грибоедовым и Александром Сергеевичем Пушкиным стоит у истоков литературы русского реализма.

   В мире басен. В 1809 году вышла первая книга басен Ивана Андреевича Крылова. Всего им было написано около 200 басен (последнее и наиболее полное издание, сборник в девяти книгах, был выпущен в декабре 1843, в книжную торговлю поступил позже, причем часть тиража бесплатно раздавалась на похоронах писателя). Многие произведения (например, «Стрекоза и Муравей», «Волк и ягненок» и пр.) восходят к образцам, заимствованным у Эзопа, Федра, Жана де Лафонтена. Однако реалистическая убедительность образов, острота конфликта между требованиями нравственности и лицемерием, корыстью, жестокостью, трусостью, а также реализм языка заставляют видеть в Крылове оригинального художника, реформатора басенного жанра. Басня Крылова лишена сухого морализаторства, нравственный вывод, заключенный в ней, является выражением здравого смысла, воплощен в формах живого разговорного языка. Благодаря этим качествам многие речения из басен Крылова вошли в русский язык на правах поговорок [«А Ларчик просто открывался» («Ларчик»), «Ты виноват уж тем, что хочется мне кушать» («Волк и ягненок»), «Да только воз и ныне там» («Лебедь, Щука и Рак») и мн. др.]. Сближению произведений Крылова с живой речью способствовало использование им вольного русского ямба (за исключением басни «Стрекоза и Муравей» 1808, написанной четырехстопным хореем).
   Многие басни И.А. Крылова касаются наиболее существенных событий общественной и политической жизни России («Квартет», 1811, «Лебедь, Щука и Рак», 1816 — отклики на неполадки в деятельности Государственного Совета; «Кот и Повар», «Волк на псарне», «Ворона и Курица» и др. — на события Отечественной войны 1812 г.; «Собачья дружба», 1815 — на разногласия среди членов Священного союза и пр.).
  Сатирический пафос басен Крылова отмечал декабрист Александр Александрович Бестужев (Марлинский); о природной оригинальности и национальном характере творчества Крылова, сравнивая его с Лафонтеном, говорили Василий Андреевич Жуковский и Александр Сергеевич Пушкин; об обогащении жанровых возможностей басни Крылова упоминал Виссарион Григорьевич Белинский ("...это повесть, комедия, юмористический очерк, злая сатира...», Полн. собр. соч., 1955, с. 575).
   На первый сборник басен откликнулся обширной статьей в «Вестнике Европы» В. А. Жуковский (1809). Высоко оценив новаторство крыловского языка, Жуковский все же упрекнул его в использовании «грубых» оборотов речи. Однако для множества современников, от Пушкина до Фаддея Венедиктовича Булгарина, именно «грубый» язык в сочетании с «простецким» взглядом на вещи, были свидетельством коренного преобразования Крыловым принципов русской поэтики. Басни Ивана Андреевича Крылова быстро получили широкую известность, уже в 1824 году в Париже вышел двухтомник его басен в переводе на французский и итальянский. Дальше следовали переводы на большинство европейских языков.
   Неизвестно, к какому времени относится неоконченная (в ней всего полтора действия, и герой ещё не появлялся на сцену) комедия Крылова в стихах: «Лентяй». Она любопытна, как попытка создать комедию характера и в то же время слить её с комедией нравов, так как недостаток, изображаемый в ней с крайней резкостью, имел свои основы в условиях жизни русского дворянства той и позднейшей эпохи.

Герой Лентул любит лежебочить;
Зато ни в чём другом нельзя его порочить:
Не зол, не сварлив он, отдать последне рад
И если бы не лень, в мужьях он был бы клад;
Приветлив и учтив, при том и не невежа
Рад сделать всё добро, да только бы лишь лежа.

    Признание. Крылов — сильный и энергичный человек, когда это необходимо, и его лень, его любовь к покою властвовали над ним, так сказать, только с его согласия. Успех его пьес был большой; в 1807 г. современники считали его известным драматургом и ставили рядом с Шаховским («Дневник чиновника» С. Жихарева); пьесы его повторялись очень часто; «Модная Лавка» шла и во дворце, на половине императрицы Марии Феодоровны (Арапов, «Летопись русского театра»). Несмотря на это, Крылов решился покинуть театр и последовать совету И. И. Дмитриева. В 1808 г. Крылов, снова поступивший на службу (в монетном департаменте), печатает в «Драматическом Вестнике» 17 басен и между ними несколько («Оракул», «Слон на воеводстве», «Слон и Моська» и др.) вполне оригинальных. В 1809 г. он выпускает первое отдельное издание своих басен, в количестве 23, и этой книжечкой завоёвывает себе видное и почётное место в русской литературе, а благодаря последующим изданиям басен он становится писателем в такой степени национальным, каким до тех пор не был никто другой. С этого времени жизнь его — ряд непрерывных успехов и почестей, по мнению огромного большинства его современников — вполне заслуженных. В 1810 г. он вступает помощником библиотекаря в Императорскую публичную библиотеку, под начальство своего прежнего начальника и покровителя А. Н. Оленина.
   Уважаемым членом «Беседы любителей русской словесности» Крылов является с самого её основания. 16 декабря 1811 года он избран членом Российской Академии, 14 января 1823 года получил от неё золотую медаль за литературные заслуги, а при преобразовании Российской Академии в отделение русского языка и словесности академии наук (1841) был утверждён ординарным академиком (по преданию, император Николай I согласился на преобразования с условием, «чтобы Крылов был первым академиком»). 2 февраля 1838 года в Петербурге праздновался 50-летний юбилей его литературной деятельности с такою торжественностью и вместе с тем с такою теплотой и задушевностью, что подобного литературного торжества нельзя указать раньше так называемого Пушкинского праздника в Москве.
    Официальное признание Крылова двором можно сравнить лишь с признанием Карамзина и Жуковского: в 1810 г. ему назначается пенсия в 1500 рублей в год, которая впоследствии (28 марта 1820 г.), «во уважение отличных дарований в российской словесности», удваивается, а ещё позднее (26 февраля 1834 г.) увеличивается вчетверо, при чём он возвышается в чинах и в должности (с 23 марта 1816 г. он назначен библиотекарем); при выходе в отставку (1 марта 1841 г.) ему, «не в пример другим», назначается в пенсию полное его содержание по библиотеке, так что всего он получает 11700 руб. асс. в год. в 1820 он получил ордена св. Владимира IV степени, в 1838 — Станислава II степени, в 1830 в нарушение правил (Крылов не имел университетского образования и не сдавал экзамен) писателю был присвоен чин статского советника.
   В 1825 году в Париже граф Григорий Орлов опубликовал Басни И. А. Крылова в двух томах на русском, французском и итальянском языках, эта книга стала первым зарубежным изданием басен
   Сам Крылов чем дальше, тем больше воспринимался современниками как своего рода литературный персонаж. Сам писатель подчеркнуто отстранялся от всех общественных событий, в обществе нарочито подчеркивал свои пороки (лень, чревоугодие, неряшливость, увлеченность картами). Уже в 1820-е годы он стал персонажем многочисленных анекдотов, впрочем, всегда благожелательных. До самой старости, однако, он продолжал заниматься самообразованием: изучал древнегреческий язык, брал уроки английского. Его ценили и принимали в самых далеких по своим взглядам литературных кружках. По некоторым сведениям, у Ивана Крылова был Пушкин незадолго до дуэли, он же, по свидетельству современников, был последним, кто простился с телом великого поэта на отпевании.
    В 1841 году Крылов оставил службу и поселился с семьей своей «усыновленной крестницы» (вероятнее всего родной дочери).
  Скончался Иван Андреевич Крылов от двухстороннего воспаления лёгких 9 ноября 1844 года. Похоронен 13 ноября 1844 года на Тихвинском кладбище Александро-Невской лавры. Похороны были пышными. Граф Орлов — второй человек в государстве сам нёс гроб до дрог. В день похорон друзья и знакомые И. А. Крылова вместе с приглашением получили по экземпляру изданных им басен, на заглавном листе которых под траурною каймою было напечатано: «Приношение на память об Иване Андреевиче, по его желанию».
   Крылов стал первым писателем, которому в России поставили памятник по подписке: 12 мая 1855 памятник работы Петра (Петера) Карловича Клодта «Дедушке Крылову» был поставлен в Летнем саду в Петербурге.

   Творческое наследие. Иван Андреевич Крылов писал трагедии и комедии, оперные либретто. В 1809-1843 годах создал более 200 басен, проникнутых демократическим духом, отличающихся сатирической остротой, ярким и метким языком. В них обличались общественные и человеческие пороки. Николай Васильевич Гоголь назвал басни Крылова «... книгой мудрости самого народа». В молодости Крылов был известен прежде всего как писатель-сатирик, издатель сатирического журнала «Почта духов» и ходившей в списках пародийной трагикомедии «Трумф», высмеивавшей российского императора Павла I. Когда ему представляется случай указать на противоречие между идеалом и действительностью, обличить самообольщение и лицемерие, фразу, фальшь, тупое самодовольство, он является истинным мастером. Поэтому едва ли уместно негодовать на Крылова за то, что он «не выразил своего сочувствия ни к каким открытиям, изобретениям или нововведениям» (Галахов), как неуместно требовать от всех его басен проповеди гуманности и душевного благородства. У него другая задача — казнить зло безжалостным смехом: удары, нанесённые им разнообразным видам подлости и глупости, так метки, что сомневаться в благотворном действии его басен на обширный круг их читателей никто не имеет права. Полезны ли они, как педагогический материал? Без сомнения, как всякое истинно художественное произведение, вполне доступное детскому уму и помогающее его дальнейшему развитию; но так как они изображают только одну сторону жизни, то рядом с ними должен предлагаться и материал противоположного направления. Важное историко-литературное значение Крылов также не подлежит сомнению. Как в век Екатерины II рядом с восторженным Державиным был необходим пессимист Фонвизин, так в век Александра I был необходим Крылов; действуя в одно время с Карамзиным и Жуковским, он представлял им противовес, без которого наше общество могло бы зайти слишком далеко по пути мечтательной чувствительности.
   Небывалого мастерства достигает Крылов в художественной обработке своих басен: в лепке образов, в яркой живописности языка, в изумительной изобразительности «вольного» басенного стиха, который под его пером становится необычайно пластичным, способным принимать любую форму.
   Не разделяя археологических и узко-патриотических стремлений Шишкова, Крылов сознательно примкнул к его кружку и всю жизнь боролся против полусознательного западничества. В баснях явился он первым у нас «истинно народным» (Пушкин, V, 30) писателем, и в языке, и в образах (его звери, птицы, рыбы и даже мифологические фигуры — истинно русские люди, каждый с характерными чертами эпохи и общественного положения), и в идеях. Он симпатизирует русскому рабочему человеку, недостатки которого, однако, прекрасно знает и изображает сильно и ясно. Добродушный вол и вечно обиженные овцы у него единственные так называемые положительные типы, а басни: «Листы и Корни», «Мирская сходка», «Волки и Овцы» выдвигают его далеко вперёд из среды тогдашних идиллических защитников крепостного права. Крылов избрал себе скромную поэтическую область, но в ней был крупным художником; идеи его не высоки, но разумны и прочны; влияние его не глубоко, но обширно и плодотворно.
    Значение Крылова для русского искусства слова не ограничивается только областью басни. Так Ломоносов, как Пушкин, Крылов оказал глубокое воздействие, сообщил мощный толчок всему движению нашей литературы. Басни Крылова явились у нас первыми, говоря словами Пушкина «истинно народными» и подлинно реалистическими произведениями. Это определяет их исключительно важную роль. От басен Крылова, впитавших и претворивших в себе лучшие достижения нашей литературы XVIII века, тянутся прямые нити к таким величайшим созданиям нашего художественного реализма, как «Горе от ума», «Евгений Онегин», «Мертвые души». Еще при жизни Крылова Белинский вдохновенно пророчил: «Слава... Крылова все будет расти и пышнее расцветать...»

Вверх