Драма «Гроза», написанная А.Н. Островским в 1859 году, по своему жанру — социально-психологическая драма, но она близка к трагедии. Это доказывает не только трагический финал — самоубийство героини, но и сильнейший накал страстей, классическое противоречие между чувством и долгом в душе Катерины. Как тонкий мастер-психолог, рисует автор глубокие переживания героини, ее страдание, смену настроений. Так же ярко и трогательно рисует он последнее свидание Катерины с Борисом, заставляя читателей сочувствовать героине в той сложной ситуации, в которой она оказалась. Признавшись публично в своем грехе — измене безвольному слабому мужу, не сумевшему понять Катерину и защитить ее от нападок свекрови, — Катерина вызывает на себя шквал упреков и унижений, всеобщее осуждение. Тихону жалко ее, но больше всего жалко ему себя, поэтому он только пьет и жалуется на жизнь. Бориса отсылают на три года «в Тяхту, к китайцам», в контору знакомого купца. Он плачет и только просит не мучить Катерину, но защитить ее не может никто. Героине так тяжело, что она мечтает о смерти как о единственном избавлении от страданий, и единственное, что еще могло бы хоть как-то ее утешить — это увидеть Бориса. Любовь к нему осталась в ее сердце. «Ветры буйные, перенесите вы ему мою печаль-тоску!»— это поэтическое причитание Катерины сродни народному фольклору. Словно в ответ на ее призыв «Откликнись!» появляется Борис, услышавший голос героини. Их радость от встречи искренняя и непосредственная, но это, скорее, последняя возможность для Катерины поплакать на груди у любимого человека, и мало в этой встрече радости. Катерина просит прощения у Бориса, что выдала тайну их любви, что не смогла скрывать это в своей душе. Она себя считает во всем виноватой, искренне желая Борису «не тужить» о ней долго. Ей очень тяжело дома, и она бесхитростно рассказывает об этом: свекровь мучает ее, запирает, муж то сердится, то ласков, да «ласка-то его... хуже побоев». Единственная просьба ее к Борису — взять ее с Собой. Но Борис так же слаб и безволен, как и Тихон. Завися от дяди материально, он не может его ослушаться: «Нельзя мне, Катя. Не по своей я воле еду...» Когда-то он не хотел думать о том, что предстоит им с Катериной: «Ну, что об этом думать, благо нам теперь-то хорошо!» Теперь же он страдает: «Кто ж это знал, что нам за любовь нашу так мучиться с тобой! Лучше б бежать мне тогда!» Он беспокоится прежде всего о себе, боится, чтоб их не застали. Осознавая свою слабость, проклиная тех, от кого зависит, он в отчаянии восклицает: «Эх, кабы сила!» В этой сцене Катерина нравственно намного выше Бориса: она готова и к любви, и к самопожертвованию. «Вот теперь тебя видела, этого они у меня не отнимут, а больше мне ничего не надо». Ее внутренний мир гораздо богаче, тоньше, наполнен более сильными чувствами. В самоотверженной любви для героини главное — чтобы не сердился на нее, не проклинал ее Борис, его счастье и душевный покой ей дороже собственного. Поэтому после расставания с ним ей нечего больше ждать от жизни. Борис заподозрил что-то неладное, у него даже появилось предчувствие, что Катерина что-то задумала. Но, попросив, чтоб он подавал по дороге милостыню всем нищим с наказом молиться за ее грешную душу, Катерина настаивает на скорейшем прощании. Уезжает рыдающий Борис, и теперь Катерина остается одна, и ждать ей от жизни больше нечего.

Эта сцена глубже раскрывает внутренний мир обоих героев: слабость, бессилие и себялюбие Бориса и глубокое страдание и самоотверженную любовь Катерины. Раскрывается также нравственное превосходство героини: ясно, что Борис не герой, и прав был Н.А. Добролюбов, утверждая, что полюбила его Катерина больше «на безлюдье». Но, кроме более полного раскрытия характеров героев, эта сцена важна и еще по одной причине: она психологически мотивирует последующее самоубийство Катерины, подготавливая читателя к восприятию дальнейших событий.

Все это дает нам основание сделать вывод о важности и значимости сцены в трагедии, а также о ярком мастерстве Островского-драматурга, создавшего многие незабываемые шедевры русского театра.

Вверх